общество  >> 

 

Моральная сторона равноправия гомосексуалов

Я предлагаю вам на выбор два гипотетических мира. Ни один из них никогда не существовал и, вероятно, не будет существовать, насколько я могу судить. Но размышление над ними как над альтернативами проливает некоторый свет на предприятие, которое называют движением гомосексуалов за гражданские права.

Представьте, что в первом гипотетическом мире мы устранили последнюю долю правовой дискриминации гомосексуалов. Мы покончили с запретом на службу в армии, искоренили законы о содомии и издали законы, защищающие нас от дискриминации. В каждом штате жестко наказываются преступления, совершенные против гомосексуалов на почве ненависти. По закону мы можем вступать в брак и усыновлять детей в любой юрисдикции. Короче говоря, мы претворили в жизнь полный список юридических чаяний большинства представителей движения.

Есть только одна проблема. В этом первом мире мы все еще сталкиваемся с широко распространенным нравственным осуждением и, следовательно, социальным неодобрением гомосексуальности. Большинство детей-гомосексуалов все еще растет в семьях, где гомосексуальность считается чем-то постыдным. И этот стыд все еще приводит к необыкновенно высокой степени самоубийств среди гомосексуальной молодежи. Большинство религий все еще учит, что гомосексуальность – нечто омерзительное и что гомосексуалы отправятся в ад. Прогулка по улице за руку с любимым человеком все еще гарантирует вам недоброжелательные взгляды, может быть – скверные оскорбления, возможно – физическое нападение. Разумеется, закон принимает нас, но наши семьи, соседи и коллеги – нет. Мы не учитываем господствующий нравственный взгляд на эту проблему, и в этом заключается наша большая ошибка.

Представьте, что во втором гипотетическом мире мы стерли моральное различие между гомо- и гетеросексуальностью. Семьи не против гомосексуального ребенка. Они так же приветствуют наши отношения, как приветствовали бы отношения любых натуральных детей. Друзьям не важна сексуальная ориентация. Многие из господствующих религий приветствуют нас как детей Господа и учат, что наша любовь не более греховна, чем гетеросексуальная. Лишь немногие оглядываются, когда мы идем по улице рука об руку.

Тем не менее, второй мир также не идеален: в нем остается юридическая дискриминация. В некоторых штатах действуют законы о содомии, почти что ни в одном из штатов не приняты законы против преступлений, совершенных на почве ненависти. Мы не защищены от дискриминации. Мы не можем открыто служить в армии, вступать в брак и усыновлять детей. Согласно господствующему правовому взгляду общества на нас, мы – люди второго сорта.

Который из двух миров вы предпочтете – мир абсолютного юридического равноправия или мир полного морального и социального признания?

Организации движения гомосексуалов за гражданские права на всех уровнях почти полностью сосредоточились на достижении юридического равноправия, и это понятно. В конце концов, эти организации зависят от доказуемых достижений, чтобы привлечь средства под свою деятельность: или этот удобный закон проходит, или нет; или этот гомофобный билль отклоняется, или нет. Мы знаем наши права. Мы можем найти их в книгах.

Гораздо труднее определить, как к нам относятся окружающие. Здесь победы и поражения не являются явными подъемами или спадами, черным или белым. Они обязывают нас выяснить, что мы представляем из себя в моральном плане – плане, по которому люди действительно живут и судят о других. Являемся ли мы полноценной частью общества или нет? Приветствует ли нас это общество или нет? На эти вопросы гораздо труднее ответить, чем на следующий: “Выжал ли билль о гражданских правах все упомянутое выше из подкомитета по юридическим вопросам вчера?”. 

Частично по этой причине окончательный успех в моральной плоскости значит больше. Если бы мы были равноценно приняты в гетеросексуальном обществе, которое нас окружает, нам не понадобился бы закон, чтобы защитить себя от дискриминации на рабочем месте, при получении жилья и образования. Мы не нуждались бы в законе против преступлений, совершенных на почве ненависти, потому что преступники не преследовали бы нас за то, что мы гомосексуальны. Законы о содомии могут остаться в книгах, но, по крайней мере, никому даже в голову не придет следить за их соблюдением, и тем более – применять их на практике, так как общество возражает против них. Брачная дискриминация может остаться на правовом уровне, но наши отношения будут также приветствоваться и поддерживаться, как и любой гетеросексуальный брак. 

С другой стороны, неужели действительно кто-нибудь считает, что мы будем чувствовать себя более защищенными в мире, погрязшем в гомофобной ненависти, просто потому, что некоторые законодательные органы штата издали закон против преступлений, совершенных на почве ненависти? Будут ли наши коллеги уважать и ценить нас просто потому, что Конгресс издал билль против дискриминации? Сможет ли кто-нибудь признать брак, основанный, по его мнению, на омерзительном грехе? Правовые победы могут казаться значительными на бумаге и быть почти бесполезными на практике. 

Далее, мир, который характеризуется социальным и моральным равноправием, более точно и более естественно, чем мир противоположный, ведет к юридическому равноправию. Вы можете допустить, что мир, лишенный законов о содомии, сохранит, тем не менее, много яростных приверженцев этих законов. Труднее представить, как в мире, в полной мере свободном от фанатиков, могут сохраниться законы о содомии. 

Дело не в том, что юридическое равноправие не важно – оно чудовищно важно благодаря одной вещи: юридическое равноправие гарантирует некоторую защиту от все еще враждебно настроенного мира. Оно также помогает ускорить процесс социального принятия. Но юридическое равноправие, само по себе, никогда не заменит того равноправия, которое мы должны завоевать в сердцах людей, живущих рядом с нами.

В июне 1963 в разгар напряженности вокруг гражданских прав чернокожего населения президент Кеннеди сказал, что страна должна начать рассматривать расовое равноправие как моральную проблему. Если гомосексуальные мужчины и женщины должны полностью стать частью жизни этой страны, то и их борьба тоже должна рассматриваться, прежде всего, как моральная. 

Дейл Капентер © 1999, "OutRight"
перевод Донор Сердца © специально для Lesbiru.Com, 2004